У Леонида Хабарова наша съемочная группа брала интервью совсем недавно в Екатеринбурге. Его очень короткий рассказа вы сможете прочесть здесь на сайте через некоторое время. А сам рассказ о войне Леонида Хабарова вы услышите в нашем фильме. А вот что писали о нам в начале 90-х.

Книга «После Афганистана» И.М. Дынин, Москва, Профиздат, 1990г.

Из афганского блокнота:

Батальону Леонида Хабарова предстояло оседлать Саланг. Так в Афганистане называется один из ключевых перевалов, по которому идет снабжение обширного горного района. По единственной проезжей дороге днем и ночью движутся автомашины, телеги и вьючные караваны. Чего только нет в кузовах, цистернах, ящиках и узлах. Двигатели машин, передвижные электростанции, одежда, рис, дрова. Не случайно эту трассу в Афганистане называют дорогой жизни.
Когда перевал был уже близок, Хабаров решил направить вперед дополнительный дозор. Требовалось тщательно обследовать местность в районе деревянного моста, перекинутого через горный поток. Если даже мост не разрушен, душманы могли устроить там засаду. Условия подходящие. Дорога узкая, с одной стороны почти отвесные скалы, с другой – крутой обрыв.

Выбор командира пал на отделение гвардии старшины Юрия Зобнина. Десантник опытный, умеющий трезво оценить обстановку и принять верное решение, не раз показывал образцы тактического мастерства и смелости. Недаром комсомольцы избрали Зобнина своим вожаком. Но не так-то легко комбату послать в неизвестность, в ночную тьму горстку солдат во главе с двадцатилетним старшиной, зная, что в любую секунду их может подстеречь душманская пуля.

Когда разведчики спустились в узкое ущелье, сбоку из тщательно замаскированных укрытий называемых лисьими нормами, хлестнули пулеметные очереди. Хабаров с группой десантников бросился на выручку. Он бежал впереди, до места схватки оставались считанные метры, и в этот момент будто кто-то сильно толкнул в правое плечо, руку обожгло в нескольких местах. Но боль не помутила сознание. Леонид продолжал командовать, кого-то посылал вперед, кому-то помогал выбраться в безопасное место.
Наверное, душманы по поведению десантников догадались, куда сходятся нити управления. Вокруг комбата зацокали пули, засвистели, рикошетя на камнях. И тут рядом оказался старшина Зобнин. Увидев окровавленного командира, он подставил плечо, оттащил его в укрытие, а сам опять рванулся в пекло боя, к разведчикам. Душманы наседали со всех сторон, отбиваться было все труднее. На глазах Юрия погиб его друг Паша Елин. Зобнин, стиснув зубы, стрелял из автомата, ненавидя и душманов, и горы, изрыгающие смерть.

Бой еще продолжался, когда связист доложил, что за командиром выслан вертолет. Но рядом не нашлось удобной для посадки площадки. Надо было преодолеть около двух километров в трудных горных условиях под огнем противника. И Юрий Зобнин, рискуя жизнью, нес комбата на себе, боясь, что Хабаров не выдержит долгого пути. Когда же, наконец, раненые были погружены в салон винтокрылой машины, он сам чуть было не потерял сознание.

Борис Федорович очень эмоционально рассказывал, как он встречал войска, которые вводили в Афганистан после штурма дворца Таджбек:
«Значит, я поехал на север, навстречу войскам. Еду час, еду второй, проезжаю уже аэропорт Баграм, уже видны предгорья  Гиндукуша, а главных сил нет. Думаю: «Что ж это такое?» Ну, ждать тоже, думаю, неправильно, пока они подойдут. Тогда  я вышел из боевой машины пехоты, сел в автомобиль, УАЗ, забрал 2-х солдат охраны, а сержанта оставил с машиной боевой, и сказал:  «Жди меня здесь. Будем возвращаться - заберем». И, как можно быстрее, на полной скорости, вперед – на север, навстречу нашим войскам. Въезжаю в ущелье, уже солнце клонится к закату, темнеет, а через некоторое время вообще стало темно. …А главных сил все нет. Еду час, другой, и подъехал почти уже к Салангу, когда увидел первые фары машины. Наконец, идет колонна главных сил. Останавливаю бронетранспортер: «Где командир дивизии?». «Вот там, в боевом  пункте управления». БУ-50, есть такая машина управления, гусеничная, там радиостанции. Я, значит, к этой машине, поднимаюсь на борт, представляюсь. Слышу в ответ: «Полковник Миронов» - говорит сорвавшимся голосом командир, еле говорит, полушепотом. Я говорю: «В чем дело?»
Знаете, что ответил на этот вопрос командир колонны? И нам было интересно. Продолжение рассказа в нашем фильме.